В России все страшнее заниматься бизнесом

0

Недоверие бизнеса к правоохранительным органам и судебной системе достигло рекордных значений

Недоверие бизнеса к правоохранительным органам и судебной системе достигло рекордных значений. Об этом свидетельствуют данные исследования Федеральной службы охраны (ФСО), которое прилагается к ежегодному докладу, подготовленному уполномоченным при президенте по защите прав предпринимателей Борисом Титовым («Ведомостям» удалось познакомиться с текстом опроса).

Суду и следствию веры нет

Служба спецсвязи и информации ФСО поинтересовалась мнением экспертов (адвокатов, прокуроров, правозащитников и ученых-юристов), а также бизнесменов, подвергавшихся уголовному преследованию. Всего были опрошены 279 экспертов и 189 предпринимателей в 36 регионах.

Три четверти респондентов (74,3%) считают, что ведение бизнеса в России небезопасно — в 2017 г. такой точки зрения придерживались 57,1%. Доля опрошенных, считающих, что российское законодательство не предоставляет достаточные гарантии защиты бизнеса от необоснованного преследования, остается практически неизменной и на протяжении последних трех лет сохраняется на уровне 70−71%. Зато заметно увеличилась доля респондентов, не считающих правосудие в России независимым и объективным: с 50% в 2017 г. до 73,8% в 2020 г. Примечательно, что не доверяют судебным органам также 57,7% опрошенных экспертов.

Продолжает расти и недоверие к правоохранительным органам: с 45% опрошенных в 2017 г. до 70,3% в 2020 г. При этом почти три четверти респондентов считают квалификацию следователей недостаточной для расследования преступлений экономической направленности. А подавляющее большинство опрошенных (76,7%, в том числе почти половина представителей органов прокуратуры) полагают, что преступления в сфере предпринимательской деятельности должны расследоваться одним специализированным следственным органом.

Причиной возбуждения против них уголовных дел предприниматели чаще всего (41,3%) называют личный интерес сотрудников правоохранительных органов.

На втором месте — конфликт с другим бизнесменом (37,6%). При этом деятельность правоохранительных органов по противодействию коррупции считают неэффективной 74,1% опрошенных (в 2017 г. таких было 61,1%). Но есть и хорошие новости: доля участвовавших в опросе предпринимателей, готовых после уголовного преследования продолжать заниматься бизнесом в России, увеличилась за последний год с 46,9 до 63,5%.

Ценой здоровья и репутации

84,2% опрошенных предпринимателей сообщили, что в результате уголовного преследования их бизнес был полностью или частично разрушен. Половина жалуется на то, что преследование привело к потере их здоровья и репутации, 33,9% потеряли большую часть активов.

46,6% опрошенных вменялась статья 159 Уголовного кодекса (мошенничество), при этом в 19% случаев — в совокупности с другими составами преступлений. Более половины до начала уголовного преследования имели предпринимательский стаж более 10 лет. Несмотря на запрет арестовывать предпринимателей, почти каждый пятый из опрошенных был заключен под стражу (23,8%), 9,5% — под домашний арест. Только в отношении 2,1% из них в качестве меры пресечения избирался залог. Сами предприниматели наиболее травмирующими для бизнеса назвали арест банковских счетов и контакты правоохранительных органов с контрагентами (по 16,9%), а также изъятие документов (16,4%). Арест — лишь на третьем месте.

Действительно, опросы показывают, что проблемы с арестом счетов и имущества встают вровень с проблемой заключения предпринимателей. Наталья Рябова, заместитель руководителя юридической службы аппарата бизнес-омбудсмена

Это становится еще одним инструментом давления на бизнес. И хотя по экономическим преступлениям с недавних пор предусмотрен особый порядок изъятия вещественных доказательств, выясняется, что применялся он только к 17% опрошенных бизнесменов. То есть механизм защиты прав бизнеса есть, но срабатывает не всегда", — подтверждает заместитель руководителя юридической службы аппарата бизнес-омбудсмена Наталья Рябова.

Уполномоченный предлагает

Системного прорыва в решении проблем бизнеса в уголовно-правовой сфере в очередной раз не произошло, следует из доклада уполномоченного. Следствие и суды продолжают арестовывать предпринимателей. Оперативные мероприятия и следственные действия по-прежнему проводятся с изъятием документов и электроники, имущество предприятий изымается или арестовывается.

68% обращений к уполномоченному касаются немотивированного возбуждения уголовных дел, следует из доклада. Основным составом преступления, по которому предприниматели привлекаются к уголовной ответственности (55% обращений к бизнес-омбудсмену), остается мошенничество, а значительная доля дел по-прежнему результат перевода гражданско-правовых споров в уголовную сферу.

Избежать перевода корпоративных конфликтов в уголовно-правовую плоскость позволит в том числе отказ от расширительного толкования концепции автономности юридического лица, считает Титов. Сейчас такая практика позволяет новому собственнику предприятия привлекать к уголовной ответственности прежнего собственника или руководителя компании за действия, совершенные теми при осуществлении полномочий.

По мнению омбудсмена, необходимы разъяснения Верховного суда относительно ограничений в переоценке экономической целесообразности управленческих решений, принятых прежними собственниками и руководителями, по инициативе новых собственников, которые приобрели предприятие в том финансовом состоянии, в котором оно находилось на момент перехода права собственности. Проблему с арестами бизнесменов поможет решить более активное применение залога. А преодолеть «обвинительный уклон» судов способен перевод предпринимательских дел в юрисдикцию суда присяжных, полагает Титов.

По-прежнему актуальна проблема возвращения на родину предпринимателей, подвергшихся уголовному преследованию. С 2018 г., когда свет увидел первый «список Титова», в аппарате омбудсмена изучили более 100 обращений беглых бизнесменов. В Россию вернулись 11 из них, дела еще 21 заявителя остаются в работе, при этом лица, находящиеся за рубежом, столкнулись с невозможностью полноценно защищать свои права в качестве участника уголовного судопроизводства. Чтобы решить эту проблему, считает Титов, необходимо предусмотреть в УПК возможность дистанционного допроса — например, путем использования одобренных правоохранительными органами систем видеоконференцсвязи. Данные о личности допрашиваемого могут быть заблаговременно удостоверены российским консульством, либо такое подтверждение может проходить с использованием портала «Госуслуги», путем получения электронного QR-кода, предлагает омбудсмен.

Проблемы и перспективы

Сопредседатель «Опоры России» Александр Калинин отмечает, что проблемы уголовного преследования остаются наиболее актуальными для бизнеса, несмотря даже на текущий кризис. Проблема стоит настолько остро, что в «Опоре» решили создавать в регионах собственные бюро защиты прав предпринимателей, рассказал Калинин, это позволит объединить усилия с омбудсменами.

Заместитель председателя комитета Госдумы по законодательству Рафаэль Марданшин говорит, что предложения бизнес-омбудсмена «выглядят вполне разумно». Действительно обсуждается идея перевода дел о преступлениях в сфере бизнеса под юрисдикцию суда присяжных, знает депутат. Тут есть определенная специфика, отмечает он: все-таки это дела, которые требуют специальных знаний. Но вот дела о мошенничестве вполне можно отдать присяжным, соглашается он.

На самом деле очень важно, что такой доклад в принципе есть, во многом он идет в противовес той картине, которую рисуют представители правоохранительных органов. Рафаэль Марданшин

По его словам, проблема незаконного возбуждения уголовных дел все еще сохраняется, хотя как депутат он видит снижение обращений по этому поводу. В прошлом году, например, удалось переломить самый неблагоприятный тренд — применение к бизнесменам статьи об организованной преступности. Проблему удалось донести до президента, тот дал сигнал правоохранительным органам, Госдума внесла поправки, и число подобных дел пошло на убыль.

Однако очень часто вопрос не столько в области права, сколько в области правоприменения, констатирует депутат. То есть многое зависит от судов, а в этой системе изменения хоть и идут, но не так быстро.

Очень радует, что в большинстве предложений уполномоченный отходит от конструкций, ориентированных исключительно на предпринимателей, говорит Кирилл Титаев из Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге, — акцент в докладе делается на системной правке уголовного и уголовно-исполнительного законодательства. По мнению эксперта, эффективной мерой может стать запрет обращаться с заявлением о возбуждении уголовного дела, если ущерб был нанесен до приобретения бизнеса: часто такие дела — это история практически про прямое вымогательство, отмечает Титаев. Сомнение вызывает только то, что вводить такой запрет предлагается постановлением пленума Верховного суда. Проблема в том, что часто постановления пленума воспринимаются как политическая декларация, а вот ориентироваться нижестоящие суды предпочитают на практику, отмечает Титаев.

Анастасия Корня

Обсуждение

  1. Администратор

    В настоящий момент комментариев к данной статье нет.
    Вы можете добавить свой комментарий, который будет доступен на сайте после проверки

Оставьте комментарий